Вторая мировая война стала первым конфликтом, в котором само поражение было квалифицировано как преступление. Последовавшие за ней казни являлись не актом правосудия, а скорее актом возмездия, совершённым союзниками, которые и сами допустили многочисленные военные преступления (особенно советская сторона, но также американцы и британцы). Эти преступления так и не были надлежащим образом расследованы, поскольку союзники находились на стороне победителей. Более того, сами судебные процессы проходили с нарушением общепринятых юридических норм и противоречили ряду фундаментальных принципов римского права — в частности, запрету судить собственное дело и недопустимости анонимных доносов в качестве доказательств.
Евреи как сторона, принимающая решения — несмотря на то что согласно основополагающим приципам римского права, никто не может выступать судьёй в своём собственном деле.
В Нюрнберге работали десятки юристов, прокуроров, следователей и аналитиков. Значительная часть сотрудников, особенно среди американских групп и эмигрантских кругов имела еврейское происхождение. Официальные документы к сожалению не содержат точных данных о количестве таких лиц. Среди известных еврейских прокуроров и сотрудников можно назвать Бенджамина Ференца и Роберта М. Кемпнера. (Комментарий: неудивительно, что они были лично заинтересованы в преследовании немцев, и это, безусловно, повлияло на ход и исход процесса, сделав его крайне предвзятым и проеврейским)
Бенджамин Ференц являлся самым известным еврейским прокурором на Нюрнбергских процессах. В возрасте всего 27 лет, не имея предшествующего опыта судебной работы, этот американский юрист еврейского происхождения выступил в качестве главного обвинителя от армии США в деле об айнзацгруппах, предъявив обвинение 22 командирам СС в убийстве более миллиона человек.
Ключевые аспекты деятельности Бена Ференца:
-
Происхождение: родился в 1920 году в Трансильвании, его семья эмигрировала в Нью-Йорк, спасаясь от еврейских преследований; впоследствии окончил Гарвардскую школу права.
-
Суть дела: возглавил процесс, названный крупнейшим судом над убийцами в истории, используя в качестве основного доказательства тщательно сохранившиеся оперативные отчёты самих нацистов.
-
Результат: добился обвинительных приговоров для всех 22 подсудимых, не вызвав в суд ни одного свидетеля.
-
В последующие десятилетия посвятил себя вопросам репараций жертвам Холокоста и созданию Международного уголовного суда; прожил до 2023 года.
(Комментарий: как обычно всё сводится к вымогательству денег)
Принятие низкокачественных (возможно, сфальсифицированных) доказательств без возможности перекрёстного допроса
В ходе Нюрнбергского трибунала наряду с устными показаниями широко применялись письменные свидетельства и аффидевиты. Ввиду огромного объёма дел трибунал разрешил представление письменных ответов на опросные листы и заверенных показаний с целью ускорения процесса.
Нормативные положения:
-
Устав трибунала: статья 19 освобождала суд от строгих правил доказывания, позволяя принимать любые материалы, обладающие доказательной ценностью.
Особенности применения:
-
Письменные аффидевиты: как обвинение, так и защита представили тысячи письменных показаний
-
Опросные листы: свидетели, не явившиеся лично в зал суда, отвечали на вопросы письменно, после чего эти документы приобщались к материалам дела.
-
Приоритет документов: организаторы процесса опирались прежде всего на печатные приказы, меморандумы и секретные отчёты Третьего рейха, считая их более надёжными, чем человеческая память.
Комментарий: хотя подлинным документам Третьего рейха можно было доверять, массовое принятие письменных аффидевитов стало уловкой организаторов для допуска сфальсифицированных доказательств, преимущественно от евреев, имевших личный интерес в исходе дела.
Vae victis
Хотя настоящая статья не оспаривает факты военных преступлений, совершённых немцами, советскими войсками, американцами и другими народами, она подтверждает, что Нюрнбергский процесс не соответствовал приемлемым правовым стандартам. Следовательно, он не может быть принят без критической оценки и не должен рассматриваться в качестве аксиоматической основы для последующих утверждений.